Является ли индоссаментом надпись на обороте векселя, состоящая из неподдающегося расшифровке автографа и печати организации, не содержащая указания фамилии, имени и отчества лица и его полномочий?
  

На оборотной стороне векселя имеется печать организации и подпись (автограф), из которой непонятно, кем она начертана на данном векселе (отсутствует фамилия лица, передавшего вексель). В векселе индоссамент не содержит указаний на должность и расшифровку подписи лица, совершившего индоссамент.

В связи с производством в районном суде г.Москвы по гражданскому делу о взыскании долга по векселю просим ответить на следующие вопросы:

1. Соответствует ли нормам и требованиям вексельного права индоссамент на векселе, если нет, то какие нормы права нарушены?

2. Расценивается ли отсутствие указаний на должность и расшифровку подписи лица, как отсутствие соответствующего реквизита?

3. Является ли передаточная надпись на векселе действительной, соответствующей нормам вексельного законодательства?

4. Влечет ли дефект формы индоссамента ничтожность сделки?

5. Произошла ли передача прав по векселю?

 
Векселедатель-ответчик по иску
 

В результате нашей экспертизы установлено, что на оборотной стороне векселя присутствует печать организации - первого векселеприобретателя. В поле «подпись индоссанта» - не поддающаяся расшифровке надпись, похожая на искаженную букву «Я».

В соответствии с Федеральным законом «О переводном и простом векселе» от 11 марта 1997 N 48-ФЗ на территории Российской Федерации действует международный Женевский Единообразный закон о переводном и простом векселе (далее ЕВЗ), данный Положением о переводном и простом векселе, утверждённым Постановлением ЦИК и СНК СССР от 07 августа 1937 года N 104/1341.

Ст. 13, 77 указанного Положения установлено, что индоссамент на простом векселе «должен быть подписан индоссантом».

Таким образом, надлежит истолковать понятие «подпись» в контексте вексельного закона. Законодатель не даёт требований к форме подписи, что даёт известную свободу толкования, ограниченную прецептивным характером вексельного закона.

В гражданском законодательстве содержание понятия "подпись" точно не определено, как и требования к форме. При решении данной проблемы приходится основываться на обычае и толковании закона, данном прежде всего судебной практикой. Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 33, Пленума ВАС РФ N 14 от 04.12.2000 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" указывает (п. 4.): "При выдаче или передаче векселя от имени юридического лица вексель или индоссамент подписывается лицом, уполномоченным на совершение таких сделок (статья 53 Кодекса)".

Исходя из содержания понятия "подпись" как надписи, полностью и однозначно отождествляющей лицо (будь то физическое лицо, действующее от своего имени, или от имени юридического лица), включающую собственноручно выполненный автограф , приходится сделать вывод, что форма никак не может порождать сомнения в таком тождестве под угрозой невосполнимого дефекта. Причём данное тождество должно следовать из самого документа, согласуясь с принципом публичной достоверности ценных бумаг.

Для точного определения формы представляется возможным привлечь по аналогии ГОСТ Р 6.30-2003, устанавливающий требования к оформлению документов, поскольку в состав документов согласно ОК 011-93 "Общероссийский классификатор управленческой документации" входят и гражданско-правовые договоры коммерческих организаций.

Согласно п. 3.22 ГОСТ Р 6.30-2003 в состав реквизита "Подпись" входят:

  • наименование должности лица, подписавшего документ (полное, если документ оформлен не на бланке документа, и сокращенное - на документе, оформленном на бланке);
  • личная подпись; расшифровка подписи (инициалы, фамилия).
  • Такой состав реквизита «подпись» соответствует и старому российскому законодательству (см. приложение к Уставу о векселях 1902 г.), и современной деловой практике, отражённой, в частности, в стандартах Ассоциации участников вексельного рынка (АУВЕР) выдачи и погашения (п. 1.2.2.10), передачи векселей 1996 г. Эти стандарты признаются Банком России в его нормативных актах, регулирующих операции ЦБ РФ с векселями и были разработаны участниками вексельного рынка под его руководством.

    Неуказание точного наименования должностного лица и, по крайней мере, его фамилии, не позволяет сделать формальный вывод о принадлежности подписи индоссанту.

    Поэтому требование ЕВЗ о том, что индоссамент «должен быть подписан индоссантом» не выполнено.

    Следовательно, надпись на обороте векселя не имеет силы индоссамента.

    Таким образом, лишь первый векселеприобретатель может основывать своё право на данный вексель исходя из исключительно самого документа.

    Любому иному лицу, притязающему на вытекающие из вексельного обязательства права, коль скоро отсутствует простой механизм легитимации путём индоссамента в его пользу, надлежит доказывать своё право в порядке цессии. Его права будут вытекать из прав цедента, но не из самого векселя, не имея таким образом самостоятельного характера.


    Справочно: Дело рассмотрено 18.12.2012, Результат рассмотрения: ОТКАЗАНО в удовлетворении иска (см. карточку дела на сайте суда)

  • 28 августа 2013 года Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда оставила без изменения Решение суда первой инстанции, а апелляционную жалобу истца - без удовлетворения (см. карточку дела на сайте суда)
  • Статья Макеева А.В. "Об особенности понятия подписи в вексельном праве". //Хозяйство и право, N12, 2013. - Оригинальный вариант статьи (до редакторской правки)
  •  
    20.12.2012 А.В.Макеев,
    Председатель Совета АУВЕР (Финансовый университет при Правительстве РФ)
     
    Ваш вопрос Задать вопрос экспертам АУВЕР
     
      Поиск Вернуться в раздел >>
     
    Версия для печати
    РЕКЛАМА
    ИНФОРМАЦИЯ
    Rambler's Top100